«Красные варвары» в Эрмитаже. Распродажа коллекции в 1929-34 гг.

Предыстория



Те читатели, которые ходили в советскую школу и учили историю СССР, прекрасно помнят такое выдающееся явление, как первая пятилетка 1928-33 годов. Выполнена досрочно за 4 года и три месяца.

Задача, поставленная ЦК ВКП(б) и Совнаркомом была проста и понятна — провести глубокую индустриализацию народного хозяйства, вырвать страну из аграрного прошлого. В целом, она была решена.

Но, как известно, в этой жизни «за все надо платить», и славная пятилетка, совсем не исключение. «Цена вопроса» была чудовищной. Полное порабощение крестьянства, создание сети трудовых лагерей, принудительные внутренние займы. Причем, за новые технологии, машины и оборудование надо было отдавать твердую валюту или золото. Международные заимствования для СССР были недоступны. Какие кредиты, когда, к слову, дипотношения с США были установлены только в конце 1933 г.




Необходимо изыскать внутренние ресурсы. Здесь коммунисты проявили чудеса креативности. В частности, в 1931 г. создается Торгси́н (Всесоюзное объединение по торговле с иностранцами) для откачки инвалюты и драгметаллов у иностранных граждан и соотечественников. Торгсин, за пять лет своего существования, смог собрать около 280 млн золотых рублей, полностью обнулив все твердые накопления советского населения.

Но денег, как это всегда бывает, не хватало. Катастрофически. Тогда, «находчивые» партфункционеры обратили взгляд на вечные ценности. Фонды государственного Эрмитажа. Общее мнение, что картины мастеров эпохи Возрождения и фламандской школы или золото скифов не имеют цены, «строители коммунизма» интерпретировали по-своему. По их мнению, цена обязательно есть и цена достойная. Значит — надо продавать.

Спецагентство «Антиквариат. Шедевры для диктатуры пролетариата



И вот, в феврале 1928 года в Эрмитаж и Русский музей «постучались швондеры». Образно выражаясь. Музейщикам было предложено (слово-то какое деликатное) составить списки экспонатов на экспорт. Чтобы выручить 2 млн рублей золотом. Вот так обыденно. Как будто речь идет о продаже леса или пеньки. Традиционных статьях русского экспорта.

«Красные варвары» в Эрмитаже. Распродажа коллекции в 1929-34 гг. фото

«Венера перед зеркалом» Тициана, приобретена Меллоном, сейчас в Национальной галерее искусств (Вашингтон)



В чем не откажешь большевикам, так это — в системном подходе. Под крылом Наркомпроса создается Всесоюзная государственная торговая контора «Антиквариат». Коротко (и емко) — спецагентство «Антиквариат». Долго думающим «хранителям прекрасного» спецагенты доводят четкие планы. По Эрмитажу — отобрать 250 картин, которые можно реализовать, минимум, по 5000 золотых рублей. Итого, кинем на счеты — «лимон с четвертью» рубликов. Остальное — добрать гравюрами и скифскими побрякушками. И — быстро! «Время не ждет!»

Но сотрудники крупнейшего государственного собрания активности не проявляли, мялись, ждали чего-то. Чтобы не повесить на музейных интеллигентов страшный, по тем временам, ярлык «саботажники», который четко отделял «своих» от «чужих» с ясными последствиями для последних, «Антиквариат» решил помочь «эрмитажникам». По залам бывшего Зимнего Дворца пошли спецбригады «искусствоведов в штатском». Холодный, цепкий взгляд с беспощадной «революционной целесообразностью» отбирал предметы «экспортного значения». Вначале «товарищи» пытались скрыть цели своих познавательных визитов, но вскоре маски были сброшены.



«Сценка на льду» Аверкампа, с 1967 г. в Национальной галерее искусств (Вашингтон)



Главный идеолог действа - член политбюро Ян Эрнестович Рудзутак. Старое, нерешительное руководство Эрмитажа было заменено на новое и энергичное. И процесс пошел! В марте, по описи, а как же, порядок есть порядок, в Госторг сдают (Господи, как колбасу) 376 экспонатов на 700 тысяч, в октябре 1928 г. - уже 732 на 1,4 млн рублей.

Пароходы загружаются «осколками старого мира» и отплывают из России. Как метко подметил один из руководителей «Антиквариата», некто Н. Ильин:

«Вооружённые только одной наивностью, мы выходим на большую дорогу с Рембрандтами, Ватто и Гудонами».



Сказать, что Запад был потрясен, значит не сказать ничего. После того, как прошел первый шок от пролетарского предложения, ведущие коллекционеры бросились убеждать народных комиссаров не делать «безумных, неумелых и бессмысленных» шагов.

Из письма Галуста Гюльбенкяна, учредителя и владельца Iraq Petroleum Company, Георгию Пятакову: «Торгуйте чем хотите, но только не тем, что находится в музейных экспозициях. Продажа того, что составляет национальное достояние, даёт основание для серьёзнейшего диагноза».



«Портрет старика» Рембрандта, продан Гюльбенкяну за 30 тыс. фунтов, сейчас в музее Гюльбенкяна (Лиссабон)



Итоги



Куда там... Советы наводнили арт-рынки шедеврами «первой линии». Вот далеко не полный список авторов, творения которых нашли новых владельцев по обе стороны Атлантики и даже, в далекой Австралии: Ребрандт, Тициан, Рубенс, Пуссен. Ван Эйк, Ван Дейк, Боттичелли, Лукас Кранах младший, Каналетто, Веласкес, Джорджоне, Тинторетто, Ватто, Веронезе, Терборх, Халс, Рафаэль. Всего 48 полотен. Вся (без преувеличения) история мировой живописи, по XVIII век включительно. Трудно сообразить, кого ж нет в перечне. Ах да! Сотрудникам Эрмитажа удалось отстоять, например, «Мадонну Бенуа» Леонардо.

… Вакханалия закончилась в ноябре 1933 г. Ряд экспонатов ушли в следующем году. Самое обидное, что и продать-то нормально не сумели. Помешал крах на Уолл-стрит в октябре 1929 г. и начавшаяся депрессия. Непрофессиональные советские торгаши сбили цены на предметы искусства по всему миру. Выручка от продаж составила всего около 20 млн рублей — менее 7% от того, что принесли лавочки Торгсина.

Эти деньги никак не могли существенно ускорить ритм первой пятилетки. Ну ничего, зато теперь, чтобы увидеть тот или иной шедевр, не нужно ехать в эту далекую, холодную и непонятную Россию.


Интересно о финансах
Поделитесь с друзьями
Назад
Вперед
Закрыть